Глава 5. Посланники из будущего

 

Солдаты отступили от колодца и снова сомкнули свои ряды кольцом, закрывшись щитами и выста­вив вперед острые копья. Над площадью повисла тишина.

 

Недавняя победа над мертвецами вселила в черепашек уверенность. Теперь они были воору­жены.

 

— Что, ребята? Решили повторить?! — задорно крикнул Леонардо.

 

— Стрелы! — коротко скомандовал Ричард. И в это мгновение целая туча стрел, выпущенная из тугих луков, взмыла в воздух. Описав в небе дугу, они стали сыпаться прямо на головы бес­страшных героев. Но друзья, подняв вверх руки, стали с такой скоростью вращать клинки мечей, разрубая и разбрасывая по сторонам смертоносные древка, что в итоге ни одна стрела не попала в цель.

 

— Копья! — снова скомандовал король. В воздух взмыли короткие дротики и полетели в сторону бесстрашных ниндзя. Однако черепашки так ловко кидались навстречу острым наконечни­кам, уворачиваясь от каждого острия или приги­баясь, что ни одно копье не угодило в них. Копья, как обыкновенные палки, со звонким стуком падали на мостовую, не причиняя ниндзя никакого вреда.

 

Светлые, холодные глаза Ричарда совсем побе­лели от гнева.

 

— Эй! Король! — задорно крикнул ему Леонар­до.— На что ты теперь спишешь нашу смерть? Ни­каким жертвоприношением тебе уже не оправ­даться!

 

Вооруженные солдаты робко смотрели на бес­страшных ниндзя, с суеверным ужасом восприни­мая их неуязвимость.

 

— Ну, кто хочет еще попробовать? Кто следую­щий? — кричал Донателло, крепко сжимая в руках свои мечи.— Может ты? — Он махнул в сторону одного из солдат. Тот несмело опустил глаза.

 

— Кто хочет получить? Кто? Ты? Ты? Давай, посмотрим!

 

Черепашки медленно продвигались вперед. Лю­ди в ужасе отступали, образуя все большее про­странство вокруг них. Опускались к земле мечи и копья, опускались луки и бердыши. Казалось, что над черепашками витает ореол божественнос­ти. На них смотрели как на пришельцев с неба, как на бесстрашных духов, сумевших вырваться из лап зловещих мертвецов, вселивших ужас в души людей.

 

Черепашки разошлись. Ужасные события по­следних суток вывели их из себя. Бешенство про­должало накатывать волнами, не стихая. Они еле сдерживались, чтобы самим не ринуться в бой.

 

В этот момент Микеланджело вспомнил про Джона.

 

— Джон!..

 

Тот стоял в стороне на прежнем месте, топчась по своим кандалам и колодкам, и внимательно раз­глядывал ниндзя. За все это время он не двинулся с места. В его взгляде сквозило недоумение и недо­верие. И Микеланджело понял, что если они со­рвутся и начнут мстить, то тут же превратятся в нервных типов, которые достойны лишь презрения. И дело не в том, что они прочтут это в глазах Джона, а в том, что так они будут ощущать себя в этом мире. В мире, куда их забросила злая судьба, и где им придется теперь жить.

 

— Эй! Отпустите их! — заорал Микеландже­ло.— Дайте им лошадей!

 

Его слова были восприняты как приказ. Пленни­ков освободили и к ним подвели коней. Те в недо­умении растирали затекшие руки и поспешно сади­лись в седла. Толпа молча наблюдала за всем про­исходящим.

 

— Выпустите их из города! — крикнул Донателло

 

Король Ричард вздрагивал от бешенства. Рядом с ним стоял Гиндальф и молча держал его за руку, спокойно наблюдая за всем происходящим.

 

Джон, как будто желая подразнить публику, сделал круг на площади.

 

— Стой! — он на мгновение приостановил коня возле черепашек.— Спасибо, ребята. Я не забуду. Нужна будет помощь — зовите! — и пришпорил коня.

 

Когда стих топот копыт, на площади снова уста­новилась напряженная тишина. Победа была окон­чательной. Черепашки взяли верх. Даже Ричард смирил свою гордыню. Только вот ведьмы нигде не было видно. Скорее всего в эти минуты она выла от злобы в каком-нибудь темном местечке.

 

Никто не двигался с места. Все были в полной растерянности. И тогда вперед вышел Гиндальф и произнес:

 

— Бесстрашные пришельцы! Будьте гостями в нашем городе. Высказывайте, пожалуйста, ваши желания. Мы с радостью исполним их.

 

— Не знаю, как остальные, а я хочу есть и спать,— устало сказал Леонардо.

 

Люди, тихо перешептываясь, стали медленно расходиться по домам.

 

Черепашек поселили в лучший дом и в лучшие покои. Там было просто великолепно. Потолок в огромной комнате был расписан под небо с млеч­ным путем: созвездия, знаки зодиака, солнце, луна, планеты... Пол был выложен мозаикой, изобра­жавшей карту мира, естественно, в представлении средневековых ученых. Ведь даже Америка не была открыта еще в то время. Зато тут были раз­бросаны по карте диковинные звери и чудовища. Черепашкам постоянно приходилось топтаться по их мордам и хвостам. Шикарные гобелены закры­вали стены. На них были изображены сцены из Ветхого Завета.

 

Черепашек покинули в полном покое. К ним никто не приходил, ни про что не расспрашивал, не докучал. И это было им на руку: надо же было хоть немножко прийти в себя. Каждое их желание выполняла целая толпа слуг, а кормили их просто покоролевски. Они объедались фантастическими блюдами: жаркое из ягненка, каплуны в горшке, копченые угри. А какая ветчина, а сыр! Превосходное вино, настоянное на орехах со специями: корицей и имбирем. Им подавали эль. Они пили его, опрокидывая кубок за кубком. Черепашки отъедались и отлеживались. Они брали реванш за все лишения.

 

Но самым дивным была сама процедура еды. Перед каждым новым блюдом слуга трубил в трубу. Руки мыли в серебряном тазу, украшенном росписью тонкой ювелирной работы. Тазы были на­полнены водой с лепестками роз и благовонными травами. Каждым новым блюдом слуги прикаса­лись к окованному золотом рогу единорога, кото­рый располагался на столе на подставке из драгоценных металлов. Этим они показывали, что блюдо не отравлено, потому что иначе, якобы, рог стал бы кровоточить.

 

Наевшись и отоспавшись, черепашки ходили гу­лять по городским улицам. Их поразило обилие свиней, гусей и прочей домашней живности, кото­рую держали городские жители. Днем часть скота паслась под присмотром пастухов под городскими стенами. У них даже существовали, так называе­мые «гусиные ворота». Ежедневно ими пользо­вались не гости города и не горожане, а лишь гоготавшие гуси, выгоняемые через них поутру и тем же путем возвращавшиеся под вечер. Но много­численные свиньи были далеко не такими покла­дистыми, как гуси. Раскормленные и ожиревшие, строптивые и независимые они противились даль­ним путешествиям и, будучи патриотами своей улицы, упорно отказывались ее покидать. Барах­таясь в грязи и разрыхляя почву, они приводили улицу в невообразимое состояние.

 

Нумерации домов, к которой так привыкли чере­пашки, не было. Обычно дом украшался эмблемой своего хозяина. Сапожник возвещал о своем ремесле выкрашенным в яркий цвет сапогом вну­шительных размеров. Пекарь украшал свое жили­ще огромным позолоченным кренделем. А если не­возможно было подыскать надлежащую эмблему ремесла, то к дому просто прибивали деревянный щит того или иного цвета.

 

Дома были деревянными. Их обмазывали снару­жи глиной и крыли тесом или соломой, реже — дорогой черепицей. Только отдельные здания, при­надлежавшие патрициям, дворянам или богатым купцам, были каменные. Везде черепашек встре­чали поклонами и с большим почтением.

 

Время от времени они заходили в одну или дру­гую закопченную корчму, где ремесленники попи­вали пиво, но при их появлении все разговоры и шум утихали. Это было неприятно черепашкам, и поэтому они все больше предпочитали проводить время в своих покоях. Правда, иногда они выбира­лись в особые заведения, где собирались только патриции и куда не было доступа черни.

 

Все они носили пышные и цветистые названия. Здесь неторопливо потягивали местное вино из рез­ных кубков, сплетничали и злословили по адресу рядовых горожан. Здесь же устраивались пиры и танцы, музыка услаждала слух щеголей и наряд­ных девиц, веселившихся и плясавших до поздней ночи при свете смоляных плошек и восковых све­чей. Приехавшие в город дворяне вели себя особенно дерзко. Они задевали богатых купчиков, имевших простое происхождение, но изо всех сил пытающихся пробиться в ряды городской знати, Тут звучали рассказы о заморских диковинках, молва о сокровищах Востока кружила головы богатеям, которые любили время от времени изре­кать:

 

— Тот, кто довольствуется только необходи­мым — существует, а для того, чтобы жить и позна­вать прелести жизни нужен избыток, нужна рос­кошь.

 

И хотя тут на черепашек не обращали особого внимания, эта компания им тоже не нравилась. В конце концов, они практически заперлись в своих покоях и никуда не выходили.

 

В один из таких дней порог их дома переступил Гиндальф.

 

— Ну, что скажешь, старик? — неприветливо встретил его Донателло.— Говорят, ты — маг и мо­жешь все? Так вот, все это очень интересно, но нам уже чертовски надоело. Мы хотим убраться отсюда в свое время. Может, ты знаешь, как это сделать?

 

— Только сатанинская книга, которая имеет на­звание «Призыв мертвых», обладает этой властью. Она нужна и самим нам, — сказал Гиндальф.— Там есть страница, на которой сказано, как отправить вас домой. Только вы, пришельцы из будущего, можете добыть эту книгу.

 

— Хватит,— оборвал его Леонардо.— Я больше и слышать не хочу об этой книге. Не нужна она нам. Отошли нас назад в наше время. Это един­ственное наше желание.

 

— Сожалею, но это невозможно.— Гиндальф был совершенно спокоен.— Вы присланы небесны­ми силами, чтобы помочь нам. И, лишь выполнив эту миссию, вы сумеете вернуться назад. Такова воля Всевышнего.

 

<<<назад                                                                                                              читать дальше>>>

 

Никто пока ещё не оставил комментарии к статье.

Оставить комментарий

Подписаться на комментирование